Зимняя война по Соколову

Автор:: Валерий Потапов Опубликовано:: 2005-09-29 22:33:16

[ Изображение - см. полную версию сайта ]

Печально, но приходится констатировать, что автор книги "Тайны Финской Войны" Б.Соколов явно не разбирается в системе вооружения РККА, и, по видимому, не пытался проконсультироваться у специалистов на предмет соответствия приводимых данных действительности.

На стр.49 сравниваются истребители И-16 и "Фоккер Д-21", причем как безусловный факт преподносится наличие у И-16 пушечного вооружения. На самом деле пушечные варианты составляли примерно треть из 10 292 "ишачков", выпускавшихся с 1934 по 1942 год. Также дело обстоит и с максимальной скоростью сравниваемых истребителей - превышение в 10 км/ч, т.е. около 2%, при Vmaх=450 км/ч не является решающим, а разброс по максимальной скорости у И-16 разных типов был от 362 км/ч (тип 4) до 470 км/ч (тип 29) (М.Маслов "Истребитель И-16" Серия "Армада" №2, Из-во "М-Хобби", М-ва, 1997 г.). Кстати, создается впечатление, что автор, вырывая куски текста из периодических изданий, даже не пытался их проанализировать. Например, на стр.402 в приложении №1 "ТТД некоторых самолетов ВВС РККА и Финляндии, участвовавших в Советско-Финляндской войне", можно найти и сравнить вышеприведенные данные.

На стр.90 приводится цитата из воспоминаний Маршала артиллерии Воронова, которая, как считает автор, говорит о недальновидности командования РККА в отношении пистолетов-пулеметов и, главное, об отсутствии их в войсках: "Да, в отношении оценки боевых качеств данного вида оружия недальновидность высшего военного руководства очевидна, но в отношении их количества в войсках..." На самом деле пистолеты-пулеметы были приняты на вооружение РККА в 1934 году (ППД-34), но в 1936 году были изъяты из войск и отправлены на консервацию. В декабре 1939 они были выданы в действующую армию. Таким образом, слова Воронова о том, что ППШ-41 являлся первенцем среди советских ПП, мягко говоря, не верны. Кстати, ПП "Суоми" не являлись массовым оружием финской армии; рядовой боец финской армии был вооружен "пиратской", как бы сейчас сказали, копией драгунского варианта русской винтовки Мосина обр.1891г., т.е. практически аналогом советской винтовки обр. 1891/1930 гг.

На стр.140, после трехстраничной цитаты из воспоминаний лыжника-добровольца П.Шилова, автор делает вывод о боевой непригодности самозарядной винтовки Токарева обр.1938 г. На самом деле, приведенная цитата говорит не о непригодности СВТ, а о слабой боевой подготовке бойцов 17-го отдельного лыжного батальона. Так, Шилов говорит, что СВТ могла стрелять очередями - она не могла стрелять очередями по определению; очередями стреляла следующая модификация винтовки - АВТ-40. Далее он, рассказывая о первом и последнем бое своей роты, утверждает, что при стрельбе на морозе затвор покрывался коркой льда и из-за этого ударник не накалывал капсюль патрона. На самом деле "ворошиловский стрелок" из 17-го батальона просто не знал устройства своего оружия. СВТ-38 была на порядок более сложной системой нежели винтовка Мосина. В ее газоотводной системе стоял пятиступенчатый газовый регулятор, позволявший компенсировать уменьшение длины отката затвора из-за падения температуры окружающего воздуха. Сам затвор был выполнен с очень малыми допусками и, в отличие от затвора винтовки Мосина, не переносил "купания" в масле - на морозе избыточное масло густело, и винтовку можно было использовать только как дубину.


Утверждения о боевой непригодности сопровождали СВТ-38 всю ее историю, но тут существует одна странность. Дело в том, что в частях морской пехоты, где СВТ была практически штатным оружием, нареканий она не вызывала, что было связано с высоким уровнем технической подготовки моряков. В пехоте же, у "Вани от сохи", ее сняли с вооружения через год после начала Великой Отечественной; в 70-х гг. СВТ стала поступать в продажу как нарезное охотничье оружие, и тоже нареканий у своих владельцев не вызывала. Так может дело вовсе не в оружии, а в умении солдата пользоваться им?

Апофеозом творения г-на Соколова можно считать второй абзац на стр.95. - в нем Соколов умудрился в одном бою "уничтожить" 67 тяжелых танков Т-35. Эти машины были выпущены Харьковским паровозостроительным заводом в 1932-39 гг. в количестве 61 штуки (плюс 2 прототипа); количество этих танков в строевых частях редко превышало 50 единиц. Все строевые Т-35 погибли, судя по архивным документам, но лишь полтора года спустя во время летних боев 1941 года. Мало того, автор упустил из вида, что эти танки вообще не принимали участия в Зимней войне. Кстати, если бы они и принимали участие, то финской противотанковой артиллерии были бы явно не по зубам - до 1939 года это был единственный в мире крупносерийный тяжелый танк с противоснарядным бронированием.

Немало позабавил рассказ о более широких, по сравнению с гусеницами БТ, гусеницах танка Т-26 и, соответственно, его лучшей проходимости (см. стр.129) - желающие могут съездить в музей на Поклонной горе (г.Москва) и сравнить гусеницы "живого" Т-26 с останками гусениц БТ-7.

Наш пострел везде поспел!

"12 июля 1943 г. у деревни Прохоровка произошло крупнейшее танковое сражение Второй мировой войны между 5-й гвардейской танковой армией генерала Павла Ротмистрова и 2-м танковым корпусом СС группенфюрера Пауля Хауссера. 850 советским танкам противостояли 273 немецких. Безвозвратные потери вермахта составили 5 танков, а Красной Армии - 334 танка. Сталин раздумывал, стоит ли расстрелять Ротмистрова за бездарно проигранный бой, и в конце концов решил, что не стоит. Впоследствии Прохоровка была обьявлена грандиозной советской победой, сорвавшей немецкое наступление на Курск с юга. Ныне на Прохоровском поле стоит памятник в честь мнимой победы советского оружия. Не правильнее ли сделать его памятником скорби по всем нашим соотечественникам, погибшим в Курской битве?"

газета "ИЗВЕСТИЯ" 12 июля 2000 г. № 127 (25719)

Вот так вот. Мы потеряли 334, а немцы всего 5 танков, ни больше ни меньше! И победа наша, оказывается, была "мнимой". Погибли тысячи наших дедов веря, что они погибнут, но победа будет нашей, а некто г-н Соколов их все одним махом раз! - и списал в "мнимые".

Особенно умиляет авторский комментарий к воспоминаниям Хаджен-Умара Мансурова (стр.175, второй абзац.). После абзаца, в котором последний описывает свой разговор с начальником разведотдела армии на предмет диверсии-подарка к 21-й годовщине РККА и свою просьбу не приурочивать ее к празднику, автор иронизирует: "...видимо, Хаджен-Умар Джионович всерьез полагал, будто финны будут ждать этого подарка к годовщине РККА". Может, г-н Соколов и не читал своей книги, но я прочел и убедился - зря он ерничал. Все, изложенное вслед за авторским комментарием, подтверждает, что финнов этот подарочек не очень-то удивил; о склонности руководящего состава РККА делать подарки себе любимым и вышестоящим товарищам к красным датам календаря всей Европе было известно еще со времен Гражданской.

Единственно "невнимательностью", не знаю правда чьей, могу объяснить тот факт, что радиограммы от разных окруженных подразделений и датированные разными числами, совпадают по содержанию вплоть до запятой:
- стр. 179 и 185;
- стр.180 и 185;
- ств.185 и 187.

Теперь о мелочах. Автор так хорошо знаком с мнением командования Люфтваффе, что говорит о Восточном фронте в годы Отечественной войны как о полигоне для зеленых немецких летчиков (стр.120). Правда, боюсь, что более двух третей из погибших за войну немецких пилотов с его мнением не согласятся - "тренировки" на этом "полигоне" стоили им жизни.

Интересно было узнать о существовании американского эмбарго на поставки нефти в СССР, из-за чего якобы обострился дефицит бензина. Именно это, как оказалось, отрицательно сказалось на дальнейшем процессе подготовки кадров для танковых и механизированных корпусов. Правда с этим не стыкуется тот факт, что в Отечественную войну американский высокооктановый бензин шел только в авиацию для ленд-лизовской техники, а всю остальную Красную армию снабжали нефтью Бакинские, Грозненские и Майкопские промыслы, а с 1943 года и Татарские. Причем ее было столько, что до войны СССР торговал нефтью на европейском рынке.

На остальные ляпы, честно говоря, уже не хочется тратить время, хотя, пожалуй, стоит упомянуть перл с погонами и формой РККА обр.1943 г. (стр.398). Перекрашенная и перешитая трофейная немецкая форма на советских солдатах - это вообще без комментариев.

Пикирующий бомбардировщик Пе-2 поздних серий, атакующий "финский военный объект" (так в книге) в период Зимней войны - из той же оперы о пространственно-временном кретинизме.

Рецепт от подобных "историков", надергавших материал из разных печатных источников, прост - прежде чем покупать книгу, взгляните в источники. Если там нет ссылок на номера архивных дел (в краткой библиографии даны ссылки лишь на издания других авторов), то это почти наверняка очередной компилятор.

Автор: Петр ЗАИКА
Литературная обработка: Валерий Потапов